avangard-pressa.ru

Основания религиозной веры - Философия

(1118.1) 102:0.1 Для неверующего материалиста человек есть всего лишь эволюционная случайность. Его надежды на продолжение жизни – плод смертного воображения; его страхи, любовь, желания и убеждения – всего лишь реакции случайных сочетаний некоторых безжизненных атомов вещества. Никакой всплеск энергии или выражение доверия не смогут перенести его через могилу. Самозабвенный труд и воодушевляющий гений лучших представителей человечества обречены на уничтожение смертью – долгой и одинокой ночью вечного забвения и гибели души. Невыразимое отчаяние – единственная награда человека за жизнь, прожитую в трудах под бренным солнцем смертного существования. Каждый новый день медленно и верно затягивает петлю безжалостного рока, которая, по решению враждебной и беспощадной материальной вселенной, будет завершающим оскорблением всего прекрасного, благородного, возвышенного и добродетельного, что есть в человеческих желаниях.

(1118.2) 102:0.2 Однако предел человека и его вечное назначение не в этом. Такое видение – есть лишь крик отчаяния заблудшей души, сбившейся с пути в духовном мраке, продолжающей свою борьбу перед лицом механистической софистики материальной философии и ослепленной путаницей и искажениями, которыми чревато сложное знание. И весь этот рок безысходности, весь этот удел отчаяния навсегда рассеиваются одним смелым усилием веры, исходящим от самого скромного и необразованного из земных Божьих детей.

(1118.3) 102:0.3 Эта спасительная вера рождается в человеческом сердце, когда нравственное сознание человека понимает, что человеческие ценности могут быть преобразованы в смертном опыте из материальных в духовные, из человеческих в божественные, из временных в вечностные.

РЕЛИГИОЗНАЯ УБЕЖДЕННОСТЬ

(1118.4) 102:1.1 Превращение примитивного эволюционного чувства долга человека в более высокую и надежную веру в вечные реальности откровения объясняется деятельностью Настройщика Сознания. Для того, чтобы человек мог понять путь веры, – путь, ведущий к высшему достижению, – его сердце должно жаждать совершенства. Любой человек, решивший исполнять божественную волю, познает путь истины. Истинно сказано: «Человеческое нужно знать, чтобы любить, но божественное нужно любить, чтобы знать». Однако честные колебания и искренние сомнения не являются грехом; такое отношение всего лишь задерживает постепенное движение к обретению совершенства. Детская доверчивость – ключ к царству небесного восхождения, но прогресс целиком зависит от энергичного проявления твердой и глубокой веры зрелого человека.

(1119.1) 102:1.2 Научные доводы основаны на эмпирических фактах времени; религиозная вера строит свои доводы с позиций духовной программы вечности. Истинная мудрость убеждает нас позволить вере – через религиозную проницательность и духовную трансформацию – добиться того, в чём бессильны знания и рассуждения.

(1119.2) 102:1.3 Раскрытие истины на Урантии, обреченной восстанием на изоляцию, слишком часто смешивалось с положениями частичных и преходящих космологий. Истина остается неизменной от поколения к поколению, однако сопутствующие учения о физическом мире изменяются день ото дня, год от года. Не следует умалять вечную истину только потому, что она оказывается по соседству с устаревшими идеями, касающимися материального мира. Чем больше научных фактов вы знаете, тем меньшей может быть ваша уверенность; чем более религиозными вы становитесь, тем большей является ваша убежденность.

(1119.3) 102:1.4 Научная достоверность берет свое начало только в интеллекте; религиозная убежденность исходит из самих основ всей личности. Наука апеллирует к умственному пониманию; религия апеллирует к лояльности и преданности тела, разума и духа – ко всей личности.

(1119.4) 102:1.5 Бог столь всецело реален и абсолютен, что никакой материальный признак или демонстрация так называемого чуда не могут служить подтверждением его реальности. Мы будем всегда знать его потому, что мы доверяем ему, и наша вера в него целиком основана на нашем личном участии в божественных проявлениях его бесконечной реальности.

(1119.5) 102:1.6 Внутренний Настройщик Сознания неизбежно пробуждает в душе человека истинную и пытливую жажду совершенства вместе с ненасытным любопытством, которое можно адекватно удовлетворить только в общении с Богом – божественным источником этого Настройщика. Жаждущая человеческая душа не согласна на меньшее, чем личное познание живого Бога. Бог может быть сколь угодно большим, чем высокая и совершенная нравственная личность, но для нашего ненасытного и конечного представления он не может быть чем-либо меньшим.

РЕЛИГИЯ И РЕАЛЬНОСТЬ

(1119.6) 102:2.1 Наблюдательные умы и пытливые души узнают религию, встречая ее в жизни своих товарищей. Религия не требует определения; мы все знаем ее социальные, интеллектуальные, нравственные и духовные плоды. И всё это произрастает из того факта, что религия – это достояние человечества; она не является порождением культуры. Конечно, субъективное представление о религии продолжает сохранять человеческие черты, что чревато кабалой невежества, рабской зависимостью от суеверий, обманом софистики и заблуждениями ложной философии.

(1119.7) 102:2.2 Одна из характерных особенностей настоящей религиозной убежденности заключается в том, что несмотря на абсолютность утверждений и непоколебимость позиции, дух ее выражения столь сдержан и умерен, что она никогда не оставляет ни малейшего впечатления самоуверенности или эгоистической экзальтации. Мудрость религиозного опыта парадоксальна тем, что она одновременно является порождением и человека, и Настройщика. Религиозная сила – не продукт личных привилегий индивидуума, а следствие этого возвышенного партнерства человека и вечного источника всякой мудрости. Поэтому слова и действия истинной и чистой религии становятся непреложным авторитетом для всех просвещенных смертных.

(1119.8) 102:2.3 Факторы религиозного опыта плохо поддаются определению и анализу, однако нетрудно заметить, что люди, для которых религия стала второй натурой, живут и действуют так, как если бы они уже находились в присутствии Вечного. Верующие люди реагируют на эту бренную жизнь так, как будто бессмертие уже находится в пределах их досягаемости. В жизни таких смертных есть здоровая самобытность и спонтанность выражения, навсегда отделяющая их от тех собратьев, которые впитали в себя только мудрость мира. Складывается впечатление, что верующие успешно освобождаются от изнурительной спешки и мучительного стресса, которыми сопровождаются злоключения, присущие скоротечным потокам времени. Устойчивость их личности и спокойствие характера необъяснимы законами физиологии, психологии и социологии.

(1120.1) 102:2.4 Время является постоянным фактором в приобретении знаний. Дары религии доступны сразу же, несмотря на важность роста в благодати, – явного прогресса во всех аспектах религиозного опыта. Знание есть вечный поиск. Вы всегда узнаёте нечто новое, но вы неспособны когда-либо прийти к полному знанию абсолютной истины. Одно только знание не дает абсолютной уверенности – только всё большую вероятность приближения. Однако духовно озаренная душа знает, причем знает сейчас. И тем не менее, эта глубочайшая и положительная уверенность не приводит к тому, что такой здравомыслящий верующий начинает проявлять меньше интереса к взлетам и падениям на пути развития человеческой мудрости, материальная сторона которой ограничивается достижениями медленно прогрессирующей науки.

(1120.2) 102:2.5 Даже научные открытия не являются подлинно реальными в эмпирическом сознании человека, пока им не дано объяснение и не вскрыта их взаимосвязь, пока их существенные факты не становятся действительным значением благодаря включению в мыслительные потоки разума. Смертный человек смотрит даже на свое физическое окружение с уровня разума, в перспективе психологического восприятия. Поэтому неудивительно, что предложив чрезвычайно целостное толкование вселенной, человек стремится отождествить это энергетическое единство своей науки с духовным единством своего религиозного опыта. Разум есть единство; смертное сознание существует на уровне разума и воспринимает вселенские реальности через призму умственных способностей. Точка зрения разума не раскрывает экзистенциальное единство источника реальности – Первого Источника и Центра, – но она способна передать и когда-нибудь передаст человеку эмпирический синтез энергии, разума и духа в качестве Высшего Существа. Однако разум никогда не добьется успеха в этом объединении разнообразных проявлений реальности, не обладая ясным сознанием материальных вещей, интеллектуальных значений и духовных ценностей. Только в гармонии триединства функциональной реальности есть единство, и только в единстве есть личностное удовлетворение от реализации космического постоянства и последовательности.

(1120.3) 102:2.6 В человеческом опыте единство лучше всего выражается в философии. И хотя плоть философской мысли должна всегда основываться на материальных фактах, душой и энергией истинных движущих сил философии является духовная проницательность смертных.

(1120.4) 102:2.7 По своей природе эволюционный человек не находит удовольствия в упорном труде. Для того, чтобы жизненный опыт человека не отставал от настойчивых требований и побуждений растущего религиозного опыта, необходима постоянная активность в области духовного роста, интеллектуального развития, расширения фактических знаний и социального служения. Настоящая религия невозможна в отрыве от высокой активности личности. Поэтому наиболее праздные люди часто бегут от строгости истинно религиозной деятельности с помощью искусного самообмана, стремясь найти убежище в ложном укрытии стереотипных религиозных доктрин и догм. Однако истинная религия остается живой. Интеллектуальное окостенение религиозных концепций равносильно духовной смерти. Вы неспособны составить представление о религии без идей, но когда религия сужается только до идеи, она перестает быть религией и становится всего лишь разновидностью человеческой философии.

(1121.1) 102:2.8 Есть и другие типы неустойчивых и недисциплинированных душ, готовых использовать сентиментальные религиозные идеи для бегства от раздражающих требований жизни. Когда некоторые нерешительные и робкие смертные пытаются избавиться от невыносимого гнета эволюционной жизни, им кажется, что религия – такая, какой они ее видят, – предлагает ближайшее убежище, кратчайший путь спасения. Однако миссия религии заключается в том, чтобы подготовить человека для смелого – даже героического – противостояния превратностям жизни. Религия является высшим дарованием эволюционного человека – единственным, что позволяет ему жить и «быть твердым, как будто видя Того, кто невидим». Что же касается мистицизма, то он часто бывает сродни уходу от жизни и принимается теми людьми, которым не по душе более трудоемкая религиозная деятельность, присущая открытой религиозной жизни в общении с людьми. Истинная религия должна действовать. Поведение будет следствием религии, когда человек действительно овладеет ею, или, точнее, когда религии будет позволено овладеть человеком. Религия никогда не удовлетворится одним только рассуждением или пассивным чувствованием.

(1121.2) 102:2.9 Мы не закрываем глаза на тот факт, что религия зачастую действует неразумно, даже нерелигиозно – но она действует. Религиозные заблуждения приводили к кровавым преследованиям, однако испокон веков религия отличалась деятельностью; она активна!